Кандидат Мамдани Брэд Лэндер идёт в Конгресс: бывший контролёр Нью-Йорка обвиняет Израиль, но не предлагает способа победить ХАМАС

Победивший на демократических праймериз в 10-м округе Нью-Йорка Брэд Лэндер заявил, что Израиль был обязан ответить на нападение 7 октября, но практически сразу перевёл разговор на обвинения в адрес израильской армии. Главный вопрос, поставленный интервьюером CNN, остался без конкретного ответа: что именно должен был сделать Израиль после массового убийства своих граждан?

23 июня 2026 года бывший контролёр Нью-Йорка Брэд Лэндер победил действующего конгрессмена Дэна Голдмана на демократических праймериз в 10-м избирательном округе. Лэндер входил в число прогрессивных кандидатов, поддержанных мэром Зохраном Мамдани, и его победа стала частью заметного усиления левого крыла Демократической партии Нью-Йорка.

Теперь взгляды Лэндера на Израиль приобретают уже не только муниципальное, но и федеральное значение.

Во время интервью CNN ему задали предельно прямой вопрос: если Израиль, по его мнению, «зашёл слишком далеко» после 7 октября, то как именно он должен был ответить на нападение ХАМАС?

Речь шла не об абстрактном политическом конфликте.

7 октября 2023 года вооружённые отряды ХАМАС и других группировок вторглись на территорию Израиля. Они нападали на жилые дома, кибуцы, дороги и музыкальный фестиваль. Среди убитых и похищенных оказались гражданские лица разных возрастов, религий и национальностей, включая детей, пожилых людей и иностранных граждан.

Нападавшие не скрывали своих действий. Некоторые преступления снимались на нагрудные камеры и телефоны, а материалы распространялись самими участниками нападения и связанными с ними каналами.

Лэндер признал террор — но не предложил реального способа остановить террористов

В интервью Лэндер заявил:

«Я считаю, что ХАМАС совершил акт геноцидального терроризма 7 октября, и ответ был необходим».

Это важное признание. Однако дальше он сказал, что главным приоритетом должно было стать возвращение заложников посредством «политической сделки», а боевики, непосредственно участвовавшие в нападении, должны были понести ответственность.

Но такая формула оставляет без ответа несколько вопросов.

Что должно было произойти с командной структурой ХАМАС?
Что делать с ракетными установками, складами оружия, туннелями, центрами связи и вооружёнными формированиями, продолжавшими представлять угрозу Израилю?
Как задержать и привлечь к ответственности тысячи вооружённых участников нападения на территории, контролируемой самой террористической организацией?

И какая «политическая сделка» могла гарантировать освобождение заложников, если именно их захват ХАМАС использовал как средство давления?

Лэндер осудил действия ХАМАС, но не объяснил, каким практическим способом Израиль мог одновременно освободить заложников, уничтожить военную инфраструктуру нападавших и предотвратить повторение резни — без применения военной силы.

Преступления 7 октября подтверждены не только Израилем

Документирование нападения не основано исключительно на заявлениях правительства Израиля.

Независимая комиссия ООН установила, что ХАМАС и другие вооружённые палестинские группировки совершили убийства гражданских лиц, захват заложников и другие тяжёлые нарушения международного гуманитарного права.

Human Rights Watch пришла к выводу, что нападение включало многочисленные военные преступления и преступления против человечности. Организация указала на преднамеренные и неизбирательные нападения на гражданских, убийства людей, находившихся под контролем боевиков, жестокое обращение и захват заложников.

Специальная представительница ООН по вопросам сексуального насилия сообщала о наличии серьёзных оснований полагать, что во время нападения происходили изнасилования и групповые изнасилования. В отношении заложников была получена «ясная и убедительная информация» о сексуальном насилии, сексуализированных пытках и унижающем достоинство обращении.

Таким образом, разговор идёт не просто о «военной эскалации», а об ответе государства на организованное вторжение, массовые убийства, похищения и пытки его жителей.

Гражданское население Газы и ответственность ХАМАС

Страдания мирных жителей Газы реальны и трагичны. Израильские военные действия должны оцениваться в соответствии с законами войны, включая требования различать военные и гражданские цели и принимать меры для уменьшения ущерба гражданским.
Но признание страданий палестинских мирных жителей не отменяет ответственности ХАМАС за начало войны, удержание заложников и ведение боевых действий из густонаселённой городской среды.

Когда военная организация размещает оружие, бойцов и инфраструктуру среди гражданского населения, это не освобождает противника от соблюдения международного права. Однако это резко увеличивает опасность для мирных жителей и усложняет любую операцию против террористической сети.

Именно здесь аргументация Лэндера выглядит неполной: он подробно перечисляет последствия израильской операции, но почти ничего не говорит о том, каким образом можно было нейтрализовать ХАМАС, оставив его вооружённую инфраструктуру нетронутой.

Позиция Трампа: заложники должны быть освобождены, Израиль должен оставаться в безопасности

Президент Дональд Трамп занимал более однозначную позицию: заложники должны быть освобождены, террористическая угроза должна быть устранена, а Израиль имеет право на существование и безопасность.

Ещё до вступления в должность Трамп потребовал немедленного освобождения заложников и предупредил ХАМАС о тяжёлых последствиях в случае отказа.

После возвращения в Белый дом его администрация продолжила добиваться освобождения заложников, одновременно поддерживая Израиль как стратегического союзника США. В январе 2025 года Белый дом заявил, что Соединённые Штаты будут вместе с Израилем добиваться возвращения всех оставшихся заложников и установления мира в регионе.

В дальнейшем администрация Трампа стала продвигать политическое устройство, предусматривающее прекращение власти ХАМАС в Газе, освобождение заложников, разоружение террористических структур и создание новой системы управления и безопасности.

Это принципиальное отличие от подхода, при котором давление прежде всего оказывается на Израиль, тогда как вопрос о ликвидации вооружённой власти ХАМАС остаётся на втором плане.

Можно критиковать правительство Израиля — но нельзя вычёркивать причину войны

Израильское правительство, как любое правительство демократического государства, можно критиковать. Можно спорить о выборе целей, продолжительности операций, гуманитарной политике и послевоенном устройстве Газы.

Но честная дискуссия должна начинаться с признания того, почему война началась.

Она началась не с израильского удара по Газе.

Она началась утром 7 октября, когда вооружённые формирования пересекли границу, убивали жителей в их домах, нападали на молодых людей на музыкальном фестивале, похищали детей, женщин, мужчин и стариков и увозили их в Газу.

Лэндер назвал это «геноцидальным терроризмом». Но когда его попросили объяснить, как Израиль должен был реально ответить, он предложил переговоры, освобождение заложников и наказание отдельных исполнителей — не объяснив, каким образом этого можно было добиться от вооружённой организации, контролировавшей Газу и продолжавшей удерживать похищенных людей.

Что должны спросить избиратели Нью-Йорка

После победы на праймериз Брэд Лэндер почти наверняка станет одним из новых представителей Нью-Йорка в Конгрессе.

Поэтому избиратели имеют право получить от него более конкретный ответ:

Считает ли он, что Израиль имел право уничтожить военный потенциал ХАМАС после 7 октября?

Каким способом он предлагал освободить заложников, если ХАМАС отказывался отпустить их без уступок?

Кто должен был задерживать боевиков внутри контролируемой ХАМАС территории?

И что могло помешать новому нападению, если вооружённая структура ХАМАС сохранилась бы после завершения переговоров?

Называть нападение терроризмом недостаточно. Политик, претендующий на место в Конгрессе, должен объяснить, как он предлагает защищать союзника США после крупнейшего массового убийства евреев со времён Холокоста.

Пока ответ Лэндера сводится к тому, что Израиль был обязан ответить — но не так, как он ответил.

А каким именно способом он должен был защитить своих граждан, зрители так и не услышали.