Может ли выбор одной фотографии изменить отношение читателя к политику ещё до того, как он прочитает новость на Радио Свобода ?
Исследования политической коммуникации и когнитивной психологии показывают: да, визуальный фрейм способен влиять на оценки политиков.
Но это не доказывает намерений конкретной редакции утверждает «независимы» ChatGPT (просто постоянные совпадение ? ) .
Хотя если посмотреть фотографии Трампа и Путина, публикуемые на «уважаемом» негокда сайте Radio Libery на русском и украинском языках , получающем гранты от американских налогоплательщиков , то вероятно у вас сложиться совсем другое мнение — что редакций «Радио Свобода» открыт работает на Кремль ?
8 сентября Радио Свобода опубликовало новость «В Кремле сообщили о телефонном разговоре Путина и Трампа». В самом тексте подробно пересказывается заявление помощника президента России Юрия Ушакова, а президент США представлен, в частности, как заинтересованный в скорейшем прекращении войны и достижении дипломатического прорыва.
Однако над текстом помещена крупная фотографическая композиция из портретов двух президентов.
И если рассматривать ее исключительно как визуальную информацию, возникает заметная эмоциональная асимметрия: один портрет показывает напряжённое лицо, нахмуренные брови и открытый рот на сравнительно тёмном фоне; второй — значительно более спокойное выражение лица на чистом голубом фоне.
Можно спорить о субъективной интерпретации конкретной фотографии. Гораздо интереснее другой вопрос:
способен ли сам выбор такого кадра воздействовать на отношение аудитории независимо от текста?
На этот вопрос наука уже пыталась ответить.
Нам достаточно долей секунды, чтобы начать оценивать человека
Одно из наиболее известных исследований Александра Тодорова и его коллег было опубликовано в Science в 2005 году.
Исследователи показывали людям фотографии политических кандидатов и просили оценивать их компетентность исключительно по лицу. Такие оценки возникали чрезвычайно быстро — даже при экспозиции около одной секунды. Более того, основанные только на внешности оценки статистически предсказывали результаты выборов лучше случайного уровня; например, в выборке выборов в Сенат 2004 года показатель составлял 68,8%.
Последующее исследование Ballew и Todorov показало сходный эффект для выборов губернаторов: очень быстрые и практически нерефлексивные оценки лиц были связаны с реальными электоральными результатами.
Это, конечно, не означает, что фотография определяет голос человека. Политические решения зависят от множества факторов.
Но исследование демонстрирует принципиально важную вещь:
мы начинаем формировать впечатление о политическом лидере раньше, чем успеваем рационально проанализировать его программу или прочитать статью.
Исследование Todorov et al. в PubMed
Выражение лица меняет приписываемые человеку качества
Это касается не только особенностей самого лица, но и выбранного редактором момента.
В экспериментальных исследованиях изменение выражения лица влияло на оценки наблюдаемого человека. Например, участники исследований оценивали лица с позитивными выражениями выше по таким параметрам, как доверие, теплота и компетентность, тогда как некоторые негативные выражения увеличивали восприятие доминирования.
Большой обзор исследований социальной перцепции также отмечает важный феномен: мимолётное эмоциональное состояние на фотографии может ошибочно восприниматься как постоянная черта характера человека. Например, признаки гнева могут переноситься на оценки враждебности или доминирования самого человека.
Это особенно важно для журналистики.
Политик может выступать двадцать минут. За эти двадцать минут камера получит тысячи кадров: нейтральных, улыбающихся, задумчивых, сердитых, с закрытыми глазами, с открытым ртом.
Редакция показывает читателю один.
Поэтому выбор стоп-кадра — уже часть редакционного сообщения.
В политической журналистике это называется visual framing
Исследователи политической коммуникации давно используют термин visual framing — визуальное фреймирование.
Ренита Коулман и Стивен Бэннинг исследовали визуальное представление кандидатов в американских телевизионных новостях во время президентской кампании 2000 года. Они обнаружили различия в невербальном изображении кандидатов, а более интенсивное потребление телевизионных новостей было связано с оценками, соответствовавшими этим визуальным характеристикам.
Профессора Maria Elizabeth Grabe и Erik Bucy посвятили этой теме книгу Image Bite Politics: News and the Visual Framing of Elections. Исследование охватывало телевизионное освещение президентских кампаний 1992–2004 годов и рассматривало, каким образом изображения кандидатов становятся самостоятельным элементом политического сообщения.
Авторы описывают различные визуальные фреймы политиков — от образа «идеального кандидата» до визуального образа проигрывающего кандидата.
Другими словами, тезис о том, что редакционный подбор изображения способен политически фреймировать человека, — вовсе не конспирологическая теория. Это давно существующая область академических исследований.
Oxford University Press — Image Bite Politics
Даже очень короткий показ эмоционального лица способен создавать priming
В мае 2026 года журнал BMC Psychology опубликовал крупный метаанализ исследований affective priming, вызываемого выражениями лица.
Авторы объединили результаты 62 исследований, 182 эффектов и 4 772 участников.
Общий эффект эмоционального прайминга оказался статистически значимым — Hedges’ g = 0,32. Надёжные эффекты обнаруживались для счастливых, грустных, сердитых и испуганных выражений лица. Причём исследование касалось изображений, показываемых не несколько секунд, а 150 миллисекунд или меньше.
На обычном новостном сайте фотография находится перед глазами читателя гораздо дольше.
Из этого нельзя математически вывести конкретный размер воздействия фотографии Радио Свобода. Но научно подтверждён сам механизм: эмоциональное выражение лица может выступать праймом и влиять на последующую обработку информации.
Метаанализ BMC Psychology, 2026
А что происходит, когда один и тот же эмоциональный маркер повторяется?
Здесь появляется ещё одно понятие — evaluative conditioning, или оценочное обусловливание.
Суть проста: если некоторый объект неоднократно оказывается связан с позитивными или негативными стимулами, его собственная эмоциональная оценка может постепенно изменяться.
Метаанализ Psychological Bulletin 2010 года, включивший 214 исследований, обнаружил устойчивый эффект evaluative conditioning.
А более новый систематический обзор и метаанализ 2025 года проанализировал 505 эффектов у 23 845 участников. Результат оказался значительно скромнее — общий эффект был небольшим, Hedges’ g = 0,21, причём авторы предупреждали о неоднородности исследований и возможном publication bias.
Это важная оговорка.
Наука не подтверждает примитивную формулу:
«Покажи человеку десять плохих фотографий политика — и он автоматически его возненавидит».
Но она подтверждает более осторожное утверждение:
повторяющееся связывание объекта с эмоционально окрашенными стимулами способно менять оценки, хотя величина эффекта зависит от условий и обычно не является огромной.
Evaluative Conditioning — метаанализ 2010 года
Новый метаанализ Psychological Bulletin, 2025
Поэтому важна не одна фотография, а серия
И вот здесь возникает действительно интересный вопрос к СМИ.
Одна неудачная фотография ничего не доказывает.
Она может быть выбрана случайно. Редактору мог понравиться кадр. Это могло быть самое доступное агентское изображение. Для утверждения о систематической предвзятости одного примера недостаточно.
Но если один и тот же политик систематически изображается определённым способом, ситуация меняется.
Тогда это уже можно исследовать научно: собрать, например, 200 или 500 фотографий одного политика за определённый период и закодировать их по объективным критериям:
выражение лица, открытый или закрытый рот, направление взгляда, эмоциональная валентность, ракурс камеры, освещение, визуальное доминирование, размер лица и сравнение с тем, как изображаются другие политики.
Именно таким образом исследователи и изучают visual framing.
Например, опубликованное в 2023 году исследование анализировало фотографии Дональда Трампа и Джо Байдена в Instagram AP, CNN и Fox News. Интересно, что авторы не обнаружили существенной систематической партийной предвзятости по большинству исследованных визуальных фреймов, хотя отдельные статистические различия существовали. Это хороший пример того, почему обвинение в системной манипуляции необходимо проверять большой выборкой, а не одной картинкой.
Где здесь TDS?
В американском политическом языке существует выражение Trump Derangement Syndrome — TDS.
Но необходимо сделать очень важную оговорку:
TDS не является признанным медицинским или психиатрическим диагнозом.
Поэтому научная статья не должна утверждать, что СМИ «поддерживает у людей заболевание TDS» или некое доказанное «подсознательное состояние TDS».
Такого научного факта нет.
Однако можно сформулировать гораздо более сильный и одновременно корректный тезис:
Постоянное предъявление аудитории эмоционально отрицательных изображений одного политика теоретически способно поддерживать уже существующий негативный аффективный фрейм. Для описания механизмов такого воздействия психология использует понятия visual framing, affective priming и evaluative conditioning.
И это уже можно подкреплять научной литературой.
Что именно происходит в материале Радио Свобода?
В рассматриваемой новости возникает особенно интересный диссонанс.
Сам текст сообщает, что американский президент выступает за скорейшее прекращение конфликта и заинтересован в достижении прорыва. Радио Свобода отдельно подчёркивает, что большая часть информации о разговоре исходит от Юрия Ушакова.
Но крупная иллюстрация создаёт другое, невербальное сообщение.
Один участник композиции выглядит напряжённым и эмоциональным.
Другой — спокойным и контролирующим себя.
Это не доказывает, что редактор сознательно хотел вызвать именно такую реакцию.
Но с позиции исследований визуальной коммуникации нельзя утверждать и обратное — что фотография нейтральна только потому, что в ней нет текста.
Фотография тоже является информацией.
Причём информацией, которую мозг способен начать оценивать практически мгновенно.
Главный вопрос к Радио Свобода
Поэтому вопрос следует формулировать не так:
«Радио Свобода занимается зомбированием?»
Это невозможно доказать данным примером.
Гораздо более серьёзный вопрос звучит иначе:
Почему для нейтральной новости о телефонном разговоре двух президентов редакция выбрала эмоционально настолько несимметричные изображения?
И ещё важнее:
является ли этот случай единичным — или он входит в повторяющийся паттерн визуального изображения Дональда Трампа?
Вот это уже проверяемая журналистская гипотеза.
И если такой паттерн существует, то современная наука о политической коммуникации даёт вполне конкретные механизмы, объясняющие, почему постоянное повторение визуальных маркеров имеет значение.
Не потому, что читатель является «зомби».
А потому, что человеческий мозг формирует эмоциональные и социальные оценки гораздо быстрее, чем нам хотелось бы думать.
Материал Радио Свобода: «В Кремле сообщили о телефонном разговоре Путина и Трампа»
Ключевые научные источники: Todorov et al., Science (2005); Ballew & Todorov, PNAS (2007); Coleman & Banning, Journalism & Mass Communication Quarterly (2006); Grabe & Bucy, Oxford University Press (2009); Hofmann et al., Psychological Bulletin (2010); Moran et al., Psychological Bulletin (2025); Zhou et al., BMC Psychology (2026).
Независимое мнение из Нью-Йорка, США о кремлевской пропаганде в западных СМИ от издания «Новости Нью-Йорка» Интересно что снизу на сайте «радио Свобода» написано «Радио Свобода © 2026 RFE/RL, Inc. | Все права защищены.» — вопрос, это «права защищены» от контроля американского народа — на деньги которого печатаються подобные статьи и подобные фотографии» ?
Отправить ответ