Бывший офицер ЦРУ Гэри Бернтсен заявляет о иностранном вмешательстве в выборы и попытках чиновников скрыть результаты расследование

Гэри Бернтсен утверждает, что иностранные специалисты могли вмешиваться в электронный подсчет голосов, а американские ведомства вместо расследования заинтересовались самими разоблачителями

В Вашингтоне существует очень удобное правило:

выборы абсолютно надежны — до тех пор, пока кто-нибудь не предлагает проверить, насколько они надежны.

Именно об этом рассказывает бывший офицер ЦРУ Гэри Бернтсен в интервью, посвященном электронным системам голосования, иностранному вмешательству и попыткам американских чиновников не заметить слона в избирательной комнате.

Бернтсен — не пенсионер, который однажды неправильно нажал кнопку на кофеварке и после этого решил расследовать мировой заговор. По его словам, он более двадцати лет служил в ЦРУ, руководил операциями на Ближнем Востоке и в Латинской Америке, участвовал в американской операции в Афганистане и занимался борьбой с терроризмом.

А теперь этот человек заявляет, что одна из самых опасных операций против США могла проводиться не через ракеты, танки или диверсионные группы.

Она могла проходить через компьютер, сканер бюллетеней и чиновника, который торжественно произносит:

«Не задавайте вопросов. Это угрожает демократии».

Венесуэльские инженеры, швейцарская лаборатория и очень нервный Вашингтон

По словам Бернтсена, расследование началось с изучения венесуэльских криминальных и политических структур.

Он утверждает, что его команда постоянно сталкивалась с именами сотрудников и разработчиков, связанных с электронными избирательными системами. Затем исследователи нашли инженеров, которые, как заявляет Бернтсен, участвовали в создании и обслуживании соответствующего программного обеспечения.

Инженеров собрали вместе, сначала разместили в Карибском регионе, а затем перевезли в Швейцарию, где была создана компьютерная лаборатория.

Там специалисты якобы изучали способы вмешательства в электронный подсчет голосов:

• замену цифровых изображений бюллетеней;
• манипуляции со сканерами и табуляторами;
• удаленный доступ к системам;
• изменение результатов небольшими порциями в разных округах;
• методы, позволяющие пройти автоматизированный аудит.

Бернтсен описывает не примитивную схему, при которой неизвестный человек входит на участок с мешком бюллетеней.

По его версии, современное вмешательство работает значительно элегантнее.

Никто не добавляет кандидату сразу миллион голосов. Это было бы грубо и невежливо.

Вместо этого можно понемногу «сбривать» проценты в десятках округов: здесь два процента, там один, еще где-то изменить цифровое изображение пачки бюллетеней.

Получается не ограбление банка, а современный банковский сервис:

ваши голоса были переведены другому кандидату для вашего же удобства.

Все ключевые заявления в этой статье пересказывают содержание интервью и позицию самого Бернтсена; они не представлены как установленные судом факты.

ФБР получило информацию — и, по словам Бернтсена, заинтересовалось не теми людьми

Самая сатирическая часть рассказа начинается тогда, когда команда Бернтсена попыталась передать материалы американским ведомствам.

По его словам, они обращались в ФБР, Министерство юстиции и разведывательные структуры еще до президентских выборов 2024 года.

Казалось бы, бывший старший офицер ЦРУ приходит с инженерами, технической документацией и описанием возможного иностранного вмешательства.

Что должно сделать государство?

Проверить оборудование?

Опросить свидетелей?

Провести независимый технический аудит?

Не торопитесь. Это слишком старомодно.

По утверждению Бернтсена, один сотрудник ФБР предупредил его, что руководители могут уничтожить расследование, а самих разоблачителей — попытаться отправить в тюрьму.

Получился почти идеальный диалог с бюрократией:

— У нас есть информация о возможном вмешательстве в выборы.

— Прекрасно. Оставьте свои имена и адреса.

— Когда вы начнете расследовать вмешательство?

— Мы уже начали расследовать вас.

Бернтсен утверждает, что ему пришлось покинуть Соединенные Штаты и около года работать из Швейцарии, опасаясь, что деятельность его группы будет остановлена.

Как демократия научилась защищаться от вопросов

Демократическая партия много лет объясняла американцам, что иностранное вмешательство в выборы является страшной угрозой.

Но, как показывает политическая практика, иностранное вмешательство бывает двух видов.

Первое — правильное вмешательство. О нем снимают документальные фильмы, созывают комитеты Конгресса и приглашают бывших чиновников CNN.

Второе — неправильное вмешательство. О нем говорят люди, которые задают вопросы об электронных машинах, почтовом голосовании и проверке бюллетеней.

Таких людей следует немедленно объявить опасными.

Потому что демократия, как выяснилось, прекрасно переживает непрозрачное программное обеспечение, иностранное оборудование и закрытые серверы.

Но она может погибнуть от одного гражданина, который попросил показать журнал операций.

Бернтсен связывает систему с Венесуэлой, Китаем и американскими выборами

В интервью бывший офицер ЦРУ утверждает, что технологии манипулирования электронным голосованием начали развиваться в Венесуэле еще при Уго Чавесе.

По его версии, венесуэльские власти искали способ гарантировать нужный результат выборов, после чего появились программные и аппаратные решения, позволявшие изменять итоговый подсчет.

Далее, утверждает Бернтсен, эти технологии стали распространяться по Латинской Америке, а затем получили доступ к американскому рынку избирательного оборудования.

В этой части интервью звучат обвинения в адрес компаний Smartmatic и Dominion, а также утверждения о китайском финансировании, производстве оборудования в Азии и зарубежном управлении отдельными системами.

Это чрезвычайно серьезные заявления.

Именно поэтому нормальная реакция должна выглядеть так:

«Покажите доказательства, предоставьте инженеров, воспроизведите эксперимент, дайте специалистам проверить результаты».

Но партийная реакция выглядит иначе:

«Этого не может быть, потому что мы уже объявили, что этого не было».

Самая опасная теория заговора — та, которую можно проверить

Бернтсен не просит зрителей просто поверить ему на слово.

Он утверждает, что существуют инженеры, свидетели, технические материалы и лабораторные исследования.

Это не означает, что все его выводы автоматически верны. Свидетели могут ошибаться. Источники могут преувеличивать. Технические демонстрации могут не отражать реальные условия конкретных выборов.

Но существует простой способ разобраться.

Нужно провести открытое расследование.

Пригласить специалистов обеих партий.

Изучить исходный код.

Проверить серверную инфраструктуру.

Сравнить цифровые записи с физическими бюллетенями.

Позволить сторонам публично оспорить выводы друг друга.

Однако такая процедура имеет один серьезный недостаток.

Она может дать ответ.

А современная вашингтонская политика гораздо больше любит бесконечные заявления, чем окончательные ответы.

Когда «защита выборов» означает защиту от проверки

Главная проблема, поднятая в этом видео, выходит далеко за пределы партийной борьбы.

Если электронные системы действительно безопасны, независимый аудит только подтвердит их надежность.

Если они уязвимы, граждане имеют право узнать об этом до следующих выборов, а не через двадцать лет после рассекречивания архивов.

Но когда государственные учреждения отказываются подробно расследовать серьезные технические обвинения, доверие не растет.

Оно исчезает.

Потому что Республика без прозрачной проверки результатов выборов перестает быть Республикой.

Американский строй основан не на неограниченной власти большинства, а на Конституции, разделении властей, верховенстве закона и защите индивидуальных прав. Большинство может выбрать правительство, но оно не получает права отменять Конституцию, лишать меньшинство свобод или скрывать от граждан механизм подсчета голосов.

Республика может существовать без прямой демократии, но она не может существовать без законности, подотчетности власти и честного подтверждения результатов выборов.

Права граждан защищает не партийное большинство и не телевизионный консенсус. Их защищает конституционная Республика, в которой власть ограничена законом, а государственные учреждения обязаны служить гражданам — не управлять правдой от их имени.

Поэтому расследование возможного вмешательства в выборы — это не угроза Республике.

Угроза Республике начинается тогда, когда расследование запрещают, доказательства прячут, а гражданам предлагают заменить проверку слепой верой.