Теракт в московском аэропорту Домодедово не имеет отношения к Чечне. Как передает РИА «Новости», об этом заявил премьер-министр Владимир Путин. Он также заявил, что Россия не пойдет на переговоры с террористами. «Ни одна уважающая себя страна в мире не идет по этому пути», — сказал Путин. «Нужно вести беспощадную борьбу с терроризмом и экстремизмом», — подчеркнул он. Путин отметил, что
руководство страны «никогда не отказывалось вести переговоры со всеми политическими силами, которые хотят урегулирования».
Взрыв в зоне прилета международных рейсов Домодедово произошел в 16.30 24 января. В результате теракта погибли 35 человек. 26 января стало известно, что все погибшие опознаны. В списке погибших на сайте МЧС пока значатся 28 фамилий, семь пунктов обозначены словами «неизвестный мужчина». В больницах, по данным РИА «Новости», остаются 116 пострадавших при теракте. Они размещены в 25 лечебных учреждениях Москвы и Московской области. По данным СМИ, личности 12 раненых пока не установлены.
Сразу после теракта было объявлено, что смертником был выходец с Северного Кавказа. Позднее в СМИ появилась информация о том, что взрывы якобы осуществили два смертника. Но правоохранительные органы почти сразу опровергли эту информацию, объявив, что взрыв был только один, и осуществил его мужчина 30-40 лет европейской внешности.
После теракта президент Дмитрий Медведев заявил, что правоохранительные органы должны обратить внимание на руководителей транспортных компаний, считающих, что обеспечение безопасности на транспорте — забота правоохранительных органов. «И чтобы я больше не слышал этих слов со стороны руководства крупных транспортных предприятий: мы за это не отвечаем, за это отвечает милиция или еще кто-то. Если люди, берущие в свои руки организацию транспортного процесса, таким образом рассуждают, — это в высшей степени безнравственно. Это предмет для работы правоохранительных органов», — добавил Медведев.
Сложность обеспечения безопасности на авиаузлах — не повод бездействовать, заявил Медведев. Он потребовал от транспортных предприятий принять активное участие в защите объектов транспорта от противоправных посягательств и не перекладывать всю ответственность на МВД. «Безопасность авиаузлов — один из самых непростых вопросов. Действительно, теракты происходили не только у нас, но и в других странах, крупных аэропортах. Но это не повод для того, чтобы складывать руки и говорить о том, что такого рода действия не поддаются полному контролю», — сказал Медведев на совещании в Горках.
Нельзя забывать о входах в аэровокзалы, железнодорожные вокзалы, автотранспортных стоянках и территориях, которые прилегают к аэропортам, отметил Медведев. «Все это — места массового скопления людей, и безопасность на них должна быть объектом пристального внимания как правоохранительных органов, так и транспортных властей», — сказал он.
Материалы о трагедии в Домодедово на brightonbeachnews.com
grani.ru/Politics/Russia/Cabinet/m.185692.html
Террор инкогнито
Словосочетание «взрыв в аэропорту», заданное в поисковой системе, дало неожиданный результат. Читаешь — и глазам не веришь. Да неужели?
Сотни тысяч россиян участвуют в проходящих в различных городах страны акциях протеста против террористов, организовавших взрыв в столичном аэропорту Домодедово. В Москве, где на улицы вышло не менее миллиона жителей, манифестация проходит под лозунгом «За мир, за жизнь, за свободу — против терроризма!» Манифестация, поддержанная более чем 500 партий и общественных организаций, проводится по инициативе ведущих профсоюзов страны.В ней участвуют члены правительства, руководители правящей партии, других демократических парламентских партий, известные политики, деятели науки и культуры.
Ну, разумеется, это самообман. И год другой, и аэропорт называется иначе, и страна. Это Испания ровно четыре года назад, тоже в январе, после теракта, устроенного баскскими сепаратистами в мадридском аэропорту Барахас. Собственно, сразу можно было догадаться: какие 500 партий, откуда они у нас? Какие на хрен профсоюзы? И что за политики возглавили шествие? Иванов с Грызловым? Жириновский с Кадыровым? То ли глаз притупился, то ли очки надо менять.
С другой стороны, а почему такое невозможно у нас?
Разве кто-нибудь из наших так называемых политиков, думских деятелей, артистов и художников слова поддерживает террор? А в непримиримой оппозиции есть такие? А среди духовенства? Да упаси бог, вон муфтий даже посулил предполагаемым шахидам «геенну огненную». Почему же то, что возможно в Испании, так трудно представить у нас? Хуже того: абсолютно немыслимо.
Ответ известен: в Испании есть государство и гражданское общество, а в России вертикальный бардак сверху донизу. Но это ответ неполный. Не хватает какой-то уточняющей формулировки, понятия, прямо противоположного по значению слову «солидарность». Очень внятного понятия, объясняющего, почему сама мысль о миллионной демонстрации в Москве, с лозунгом «За свободу против террора», представляется дикой.
В самом деле, кто выйдет на такую демонстрацию? Путин вместе с Лимоновым? Фанаты рука об руку с недобитыми либералами? Киркоров с Акуниным? Хотя любого из них спроси — опять-таки все против террора и в целом ничего не имеют против свободы.
Общество разобщено? На Западе тоже, а парламентские баталии там достигают такого накала, о каком мы уже забыли за минувшие 10, как говорится, счастливых лет. Социум растерян? Мировой кризис о том позаботился и в Америке, и в Европе. Этнические проблемы? Тоже общая головная боль. Но если случается беда, то она объединяет людей.
У нас — разъединяет.
Всякий теракт в России возбуждает почти исключительно тоску и ненависть. Слепую, от живота веером, многовекторную, пользуясь ученым слогом. Ненависть к кавказцам, которые, как принято считать, засылают в Москву своих шахидов. Ненависть к государству, которое не в состоянии защитить граждан. Ненависть к государствообразующей армии, покрывшей себя неувядаемой славой в Чечне. Ненависть к либералам, развалившим «такую страну». Ненависть к национал-патриотам с их ксенофобией, сулящей России окончательную гибель. Ненависть к богатым и жирным, засевшим на своих рублевках. Ненависть к быдлу.
Собственно, что мучиться в поисках подходящей формулировки? В России идет вялотекущая гражданская война, которая проявляется по-всякому, порой не так уж вяло. В погромах и поножовщине. В чуть ли не ежедневных сводках с Северного Кавказа, где население воюет с местными и приезжими силовиками, подавая пример «приморским партизанам». В терроре, наконец, который с некоторых пор стал совершенно анонимным, то есть допускающим любые толкования.
Действительно, кто взрывал? Доку Умаров или какой-нибудь другой засевший в горах бородатый товарищ? Очень может быть, и спецслужбы с ходу берут кавказский след, и можно не сомневаться, что где-нибудь через полгода в бою возле села с неприятным названием будет убит последний из тех, кто планировал теракт в Домодедове, о чем нам непременно доложат. Путин идет на третий срок? Весьма популярная версия, хотя непонятно, зачем ему повторяться, его и так выберут — сила привычки, что ли? Спор хозяйствующих субъектов, не сумевших по-тихому поделить аэропорт? Как ни безумна эта конспирология, но в определенных кругах обсуждается всерьез. Происки Запада? После Беслана нацлидер впрямую об этом говорил; странно, что сейчас пока отмалчивается. Заговор таксистов?..
Главная беда в том, что в расколотой, скверно управляемой, замороченной стране подозреваются буквально все, оттого никто ни с кем ни на какой митинг не выйдет. И дело тут не в манифестациях, которые все-таки не являются профессиональным методом борьбы с террором. Дело в том, что гражданская война предполагает очень много «правд» при отсутствии главной. Острый дефицит чувства правоты в борьбе с террором, который непонятен и оттого особенно страшен и эффективен. Единственное спасение — в забвении сродни наркотическому, что лишает гражданскую войну непрерывности — до следующего избиения, погрома, теракта. И с тем отличием от классической гражданской войны, что этой не видно конца.
Отправить ответ