Семён Слепаков: Патриотическая-эротическая, Кацев и цена Звучания Слова Россия. Никогда еще в истории мир не ждал только двух слов

К поднятой в соцсетях в эти дни теме «писать или не писать сегодня стихи?», как бы в продолжение к известной сентенции Теодора Адорно.

Для меня сегодня не писать не получается.

Перед отъездом из СССР в 1989 году, я прожил в Москве, влюблялся, писал стихи, был одним из создателей легендарного московского Клуба «Поэзия», дружил с прекрасными, добрыми, мудрыми людьми — и то, что сегодня русский язык стал языком врага и изгоя, а Москва стала столицей государства-агрессора — это и моя личная рана, и моя боль.

Я родился в крымской Евпатории, и аннексия Крыма в 2014 году стала аннексией части моей души.

Закончил Кораблестроительный институт в Николаеве — и запущенные по городу российские «Скады» и «Грады» летят в мою сторону. Это меня они ранят и ежечасно убивают.

Я закончил среднюю школу в Херсоне, и прошедшие по проспекту Ушакова в сторону железнодорожного вокзала российские БТР прогрохотали мимо квартиры моей семьи в четырехэтажном доме, а мужественные херсонцы, которые вышли на площадь Свободы с украинскими флагами в оккупированном войсками РФ городе, проводили эту манифестацию рядом с моей родной школой №30. В захваченные Геническ, Арабатскую стрелку я ездил с родителями летом отдыхать, а в Лазурное мы отправлялись в студенческие годы с близкими друзьями на неделю-две, взяв с собой палатки. Сегодня там войска под российским флагом мародерствуют, стреляют и унижают.

Так что, не писать не могу. Все эти части моей биографии, как распавшийся пазл, теперь живут во мне по отдельности и кровоточат. И выливаются в строчки. Не могу иначе.